Зимняя боевая подготовка матросов русского флота XVIII века

Тронь А. А. Матрос в зимней караульной форме с полным пехотным вооружением. Из моей книги «Русский морской костюм от Петра Великого до Елизаветы Петровны».

24 мая 1720 г. «великий государь указал у всех матросов быть фузеям с принадлежащею амунициею, и на наличное число Котлинской эскадры людей четыре тысячи шестнадцати человекам, что есть при Адмиралтействе какой амуниции, взять от цейхмейстера Отто и отправить на Котлин-остров, а ежели чего в то число оной амуниции недостанет, требовать из Военной коллегии». Выяснилось, что не хватало 1828 шпаг с портупеями и 2600 лядунок (поясная сумка для патронов) с ремнями. Они были отпущены от Военной коллегии. Обращает на себя внимание то, что уже тогда ружей в Адмиралтействе было достаточно для вооружения всех матросов.

Таким образом на флоте было формально введено обучение «сухопутной экзерциции» — фактически, она могла происходить и раньше. Каждый матрос должен был быть обучен как солдат (и даже больше, но об этом чуть ниже).

В 1732 г. Адмиралтейств-коллегия указала, что канонирам и матросам следует для экзерциции в зимнее время отпускать фузеи со штыками, шпаги с железными эфесами, портупеи на лосиное дело (белые) и юфетные (натурального красновато-коричневого цвета) с железными или медными пряжками, лядунки и сумы патронные «из подержанных и починочных», по фунту пороха на каждого матроса, канонира, солдата (так что в год расходовалось 160-200 пудов), по три свинцовые пули и по кремню на человека.

Поскольку на ружейный заряд тратилось 2-2½ золотника пороха (8,5-10,5 г) то фунта пороха хватало примерно на 40-50 выстрелов. Выдача трех пуль отнюдь не означала, что следует ограничиться тремя боевыми выстрелами – нормой был сбор выстрелянных пуль и отливка из собранного свинца новых. Обращает на себя внимание отсутствие бумаги для патронов. Очевидно, матросы должны были заряжать ружья, насыпая порох меркой, по-охотничьи, и запыживая их самодельными пыжами (например, из старых веревок). Это замедляло заряжание, но экономило казенные средства. Норму 40-50 выстрелов на человека в год следует признать вполне достаточной, учитывая, что матросам стрелять из мушкета в боевой обстановке, скорее всего, вообще не пришлось бы. М. И. Кутузов, в пору командования Бугским егерским корпусом, считал достаточным для обучения егерей (чьей главной функцией в бою была стрельба) 6 фунтов пороха и десять пуль на человека в год (около 160 выстрелов, учитывая, что егеря тратили на выстрел 3½ зол. пороха (15 г)).

Кроме того, на каждого матроса зимой выдавалось (с 1732 г.) по одной пустой чугунной ручной гранате и по 3 учебные бумажные гранаты, начинённые порохом. Пустая граната служила для отработки броска, а бумажные — для ознакомления с эффектом взрыва гранаты на практике (при этом осколков не было, поэтому такая граната была безопаснее боевой).

Но и это ещё не всё. Все канониры и матросы проходили обучение стрельбе из пушек. Каждый должен был сделать по три прицельных боевых выстрела ядром по мишени на дистанцию около 300 м. При этом расчёт пушки состоял из 5-7 человек, поэтому каждый матрос или канонир участвовал в производстве 15-21 боевого выстрела, а тренироваться в заряжании и накатывании пушки без стрельбы можно было сколько угодно. Попавший в яблочко получал 5 коп. за каждый удачный выстрел, у того, кто не попал даже в щит — вычитали по 5 коп. за каждый выстрел — это было хорошим стимулом — на 5 коп. можно было купить примерно 1,5-2 кг не очень качественного мяса (с костями), или 5 (худых) кур, или 2,5 кг хлеба. Разумеется, ядра собирали и использовали неоднократно.

Таким образом, матрос был универсальным бойцом — проходил обучение как мушкетёр, гренадер, канонир, не говоря уж об умениях вязать узлы, лазать по мачтам, грести и ориентироваться на корабле. Не удивительно, что матрос 1-й статьи получал жалованья 24 руб. в год, тогда как сержант сухопутной армии (высшее звание для нижних чинов в петровскую эпоху) — лишь 17 руб. в год.

Материал Telegram-канала «Кирилл Назаренко»