Русское железо и парусина на английском рынке XVIII века

До внедрения паровых машин — то есть до промышленного переворота — русские товары могли эффективно конкурировать на английском рынке.

«Напомним, что даже наиболее индустриальная по тому времени Англия, вопреки пропагандируемому в ней учению о свободе торговли, уже с 1718 г. начала преграждать к себе дорогу русскому железу все возрастающими таможенными пошлинами. Уже в 1718 г. эта пошлина, установленная в 2 шиллинга за центнер в 50,8 кг, достигала 17,5 коп. на пуд. Затем эта пошлина четырежды повышалась, достигнув в 1825 г. 6,5 шиллингов за центнер, или 66 коп. сер. за пуд. И все же ввоз русского железа в Англию не падал, а все возрастал в течение почти всего XVIII в. Примечание: В 1782 г. эта пошлина была повышена с 2 до 2,75 шиллинга, в 1797 г. до 3,17, в 1802 г.— до 3,75 шиллинга за центнер; отменены эти пошлины были только в 1846 г.» Струмилин В. Г. История чёрной металлургии в СССР. М., 1954. Т. 1. С. 225.

Тот же автор делает замечание: «В 1726 г. из Санкт-Петербурга за границу было вывезено уже 387 350 аршин (278 тыс. м) парусины и 9 600 307 аршин (6,9 млн. м) льняных тканей на сумму свыше 1 млн. руб… В течение почти целого века, вплоть до промышленного переворота в Англии (т.е. до начала внедрения паровых машин, — К.Н.), русские мануфактурные изделия пользовались поэтому, не страшась ничьей конкуренции, исключительно благоприятной для своего сбыта конъюнктурой.» Там же. С. 234.

Кто-то, может быть, скажет — выкопали книжку, написанную при Сталине, и радуются. Но вот статья 2009 г. о конкуренции русского и шведского железа в Европе в XVIII в. https://cyberleninka.ru/article/n/rossiyskoe-i-shvedskoe-zhelezo-na-evropeyskom-rynke-xviii-veka-obemy-eksporta-i-problemy-konkurentsii
Получается, что феодальные Швеция и Россия снабжали капиталистическую Англию железом.

Понятно, что вывоз как железа, так и парусины в Англию из России или Швеции был возможен только при высокой конкурентноспособности русских или шведских товаров.

То есть важнейшие сектора производства феодального общества оказывались эффективнее аналогичных секторов общества капиталистического. Причём не какие-то второстепенные сектора, а чёрная металлургия — основа той самой паровой машины, которая стала движущей силой капитализма. А текстильное производство, напомню, это настоящий двигатель капитализма — именно в этой отрасли бурно развивалась капиталистическая мануфактура, и текстильная промышленность стала двигателем капитализма с точки зрения массовости приложения капитала.

Напоминает ситуацию с чипами, которые умело производят капиталисты сейчас? В контексте моей мысли о том, что компьютер в широком смысле этого слова — «паровая машина» социализма.

И какой-нибудь диванный эксперт XVIII в. мог бы сделать на основании этих фактов вывод о том, что феодализм эффективнее капитализма.

На картинке — официальное клеймо с изображением соболя, которое было положено ставить на «сибирском» железе в XVIII в. (к «сибирскому» железу относилось и сделанное на Урале).

По теме: «Феодализм и общественные формации: схема Кирилла Назаренко».

Материал Telegram-канала «Кирилл Назаренко»