Прапорщики Первой мировой: как война изменила русское офицерство

В Первую мировую войну русская армия столкнулась с проблемой, которую в мирное время явно недооценивали: где взять десятки тысяч младших офицеров?

Война быстро уничтожала кадровое офицерство. Именно младшие офицеры, непосредственно командовавшие солдатами в бою, несли особенно большие потери. К сентябрю 1915 г. некомплект офицеров в действующей армии достиг 24,5 тыс. человек. В пехоте недоставало более половины положенного числа офицеров!

Проблема усугублялась низким образовательным уровнем населения. В 1907 г. на 1000 новобранцев русской армии приходилось 617 неграмотных. В Германии неграмотным был примерно 1 призывник из 3000. Разница колоссальная! А ведь офицер должен был уметь читать карту, составлять донесения, производить расчёты.

До войны считалось, что прапорщиков запаса хватит для ведения боевых действий. Кроме того, во всех военных училищах досрочно выпустили юнкеров (курсантов) и начали подготовку прапорщиков военного времени с 3-4 месячным сроком обучения. Предполагалось, что будет 1-2 выпуска и война закончится.

Однако с 1915 г. стало ясно, что необходимо расширять подготовку прапорщиков, для чего начали создавать специальные школы. Первые шесть открыли осенью 1914 г., а к 1917 г. их насчитывалось уже 41. Преимущественно готовили прапорщиков пехоты.

Масштабы подготовки впечатляют. С июля 1914 г. до начала 1917 г. обычные военные училища выпустили около 74 тыс. прапорщиков, а школы прапорщиков — 113 тыс.! Прапорщики делились на две категории — окончившие школы на базе военных училищ имели право на автоматическое производство в подпоручики через 4 мес. пребывания на фронте, а окончившие "простые" школы могли быть произведены в подпоручики только за военные подвиги. При этом в школы на базе военных училищ принимали только тех, кто окончил не менее 6 классов гимназии или реального училища, а в "простые" школы — окончивших 4 класса.

Напомню, что 1-й класс гимназии или реального училища примерно соответствовал современному 5-му классу средней школы, поэтому окончившие 6 классов примерно равнялись теперешним 11-классникам, а 4 класса — 9-классникам.

Все прапорщики имели служебный "потолок" — они не могли быть произведены в чины выше капитана — для производства в подполковники (чина майора с 1885 г. не было) следовало сдать экзамены за полный курс военного училища. Поэтому они не могли подняться выше и. о. командира батальона.

Мировая война совершила настоящую социальную революцию внутри офицерского корпуса.

До войны офицерство было сравнительно замкнутой социальной группой, тесно связанной с монархией. Теперь офицерские погоны получали студенты, учителя, чиновники, представители самых разных общественных слоёв. Среди будущих прапорщиков встречались даже политически неблагонадёжные лица, находившиеся под надзором полиции, например, Андрей Александрович Жданов, будущий лидер Ленинградской парторганизации. Около 15% прапорщиков были произведены прямо из солдат за боевые подвиги и не имели вовсе никакого образования (кроме умения читать и писать).

В результате армия получила десятки тысяч обер-офицеров, которые вовсе не обязательно разделяли монархические убеждения кадрового офицерства.

А затем прапорщики военного времени оказались по разные стороны фронтов Гражданской войны. Одни пошли к белым, другие — к красным, третьи попытались вообще уйти из армии.
Получается любопытный исторический парадокс: стремясь спасти армию и монархию от военного поражения, царское правительство создало массовое офицерство, которое уже не было надёжной опорой старого порядка.

В том числе и об этом моя книжка "Закат царского флота: Морские офицеры Первой мировой войны"

Материал Telegram-канала «Кирилл Назаренко»