Эрзац-броневик для ополченцев

Летом 1941 года на подступах к Ленинграду появились машины, в которых без труда узнавался обычный грузовик. Кабину и мотор прикрывали угловатые броневые листы, в кузове размещались пулемёты или орудие. Эти автомобили не были результатом длительной довоенной программы. Их создавали для немедленной помощи войскам, прежде всего частям народного ополчения. За внешней простотой ижорских полуброневиков стояла вполне определённая задача: получить подвижное огневое средство из того, что уже находилось в распоряжении промышленности и армии.

Ополчение и срочный заказ

Вопрос усиления частей Ленинградского ополчения встал весьма остро перед командованием армии, ленинградским руководством и Северным фронтом. Формирование новых соединений увеличивало потребность не только в винтовках, но и в артиллерии, пулемётах, автомобилях и бронетехнике. Одновременно всё это требовалось действующей Красной армии. Само появление добровольцев ещё не означало, что для них имеются готовые комплекты вооружения. Ополчение приходилось оснащать в условиях, когда за материальную часть конкурировали сразу несколько неотложных задач обороны.

Организация Ленинградской армии народного ополчения началась в конце июня 1941 года. По сведениям энциклопедии Санкт-Петербурга, 27 июня городской комитет партии обратился к военному руководству с предложением сформировать такую армию; первоначальный замысел предусматривал семь дивизий и другие части. Эти планы показывают масштаб возникшей потребности. Речь шла не об усилении одного небольшого отряда, а об оснащении новых крупных соединений. Требовалось одновременно обучать людей, создавать штабы, распределять командиров и находить оружие. Сведения об организации ополчения помогают понять, почему к задаче привлекали городские заводы.

В этих условиях группа инженеров НИИ-48 предложила проект полубронированной машины. Для переделки выбрали грузовики ГАЗ-АА и ЗИС-5. Северный фронт 8 июля 1941 года принял решение о начале производства импровизированных бронированных автомобилей на Ижорском заводе. В исследовании Андрея Рябкова указано постановление Военного совета Северного фронта № 53сс от этой даты: оно требовало изготовить двадцать полубронированных грузовиков с 45-мм пушкой на штатном лафете в кузове. Это важное уточнение: за необычным внешним обликом машин стоял конкретный фронтовой заказ. Исследование А. М. Рябкова связывает его с общей работой предприятия в 1941 году.

Почему именно Ижорский завод

Ижорский завод располагал опытом обработки брони и соответствующими специалистами. Срочную переделку грузовиков приходилось совмещать с основной программой предприятия: новый заказ требовал тех же рабочих, станков и материалов, которые уже были заняты производством.

Рябков обращает внимание на то, что значительная военная нагрузка существовала и до 22 июня. После начала войны менялась прежде всего номенклатура и расстановка приоритетов: усилия сосредоточивались на танковой программе, тогда как производство корабельной брони сокращалось. Срочные распоряжения Военного совета выполнялись параллельно с основной работой. Полуброневик был одним из ответов на такую обстановку. Его производственное преимущество состояло в использовании готового автомобиля: завод получал возможность заниматься защитой и установкой вооружения, не создавая заново двигатель, трансмиссию и ходовую часть.

Грузовое шасси под бронёй

ГАЗ-АА был массовым автомобилем, хорошо знакомым водителям и ремонтникам. Его прозвище «полуторка» происходило от грузоподъёмности в полторы тонны. Как указывает карточка машины в парке «Патриот», первый автомобиль этого семейства сошёл с нижегородского конвейера в январе 1932 года. К началу войны это было освоенное шасси, а не экспериментальная конструкция. Для срочной переделки такая основа имела очевидный смысл: технически знакомый автомобиль можно было обслуживать существующими средствами.

Однако грузовое происхождение задавало и ограничения. Масса брони, вооружения, расчёта и боекомплекта становилась дополнительной нагрузкой на машину. При выборе защиты приходилось учитывать не только наличие броневого листа, но и возможности рамы, подвески и силовой установки. Из этого следует смысл частичного бронирования: защитить наиболее необходимые участки, сохранив способность автомобиля передвигаться. Такое объяснение не заменяет характеристик конкретного образца, но позволяет понять саму инженерную логику проекта. Полностью закрытый тяжёлый броневой корпус требовал бы совсем иного расчёта конструкции.

У ижорских машин бронировались кабина и двигатель, а кузов получал частичную защиту. Бронирование было противопульным и могло защитить от мелких осколков; считать его защитой от артиллерийского огня нельзя. Открытая или неполностью закрытая часть кузова оставляла расчёт уязвимым. Здесь хорошо видна разница между наличием брони и защищённостью машины в целом. Даже если лист выдерживал попадание в определённом направлении, он не закрывал все возможные направления обстрела. Поэтому обозначение «полубронированная» передаёт существенную особенность этих автомобилей, а не просто их необычную форму.

Несколько вариантов вооружения

Единого внешнего облика у всех ижорских бронегрузовиков не было. Применялись пулемёты ДА и ДТ, встречались другие пулемётные установки; часть автомобилей получила 45-мм орудия. Известны и машины с вооружением ШВАК. Различались не только системы оружия, но и способы их размещения. Встречался вариант с башней под пулемёт «Максим». Машины могли выполнять и транспортную задачу, перевозя людей; в описаниях указывается вместимость до двенадцати человек. Эти возможности нельзя автоматически переносить на каждый автомобиль: установка орудия и размещение его расчёта меняли использование кузова.

В материалах о ленинградском вооружении встречаются обозначения ЗП — зенитно-пулемётная машина и ПБ — пушечная бронированная. Сотрудник Государственного мемориального музея обороны и блокады Ленинграда Никита Савула, рассказывая об этих разработках, связывает индекс ПБ с проектом на шасси ЗИС-5. Он также отмечает, что вслед за первой партией в двадцать машин последовал заказ на сто пятьдесят. Эти сведения характеризуют развёртывание работ, но заказ и фактическая сдача техники — разные показатели. Их следует различать при оценке общего выпуска. Беседа со специалистом музея рассматривает бронегрузовики среди других срочных ленинградских разработок.

Вооружение определяло боевую задачу. Пулемётная установка могла обеспечивать поддержку пехоты или прикрытие объекта, а пушечная машина давала подразделению иной вид огневого средства. При этом наличие пушки в кузове само по себе не превращало грузовик в танк. Расчёт должен был учитывать сектор обстрела, положение автомобиля и возможность сменить позицию. Из общей схемы машины также следует зависимость от дорог и удобных подъездов. Оценивать такую технику имеет смысл через задачу, для которой её создавали: быстро дать войскам дополнительное вооружение, используя доступное шасси и посильный для завода объём переделок.

В частях Ленинградского фронта

Уже во второй половине июля полуброневики начали поступать в части. В составе Кировской дивизии народного ополчения имелся танковый батальон, созданный 17–20 июля 1941 года. В него вошли три КВ ранних установочных серий, пять бронеавтомобилей, десять броневиков Ижорского завода и одиннадцать автомашин. Такой состав показателен: импровизированная техника действовала рядом с танками и обычными автомобилями. Батальон собирали из доступной материальной части, поэтому его возможности определялись сочетанием весьма разных машин, а не единообразным оснащением по одному образцу.

Максим Коломиец в книге «Броня на колёсах» приводит документы о распределении полубронемашин. В начале августа зенитно-пулемётные машины прикрывали штаб 4-й дивизии народного ополчения и находились в её стрелковом полку. Их применение включало охрану и усиление отдельных подразделений, поэтому не сводилось к фронтальной атаке.

Точное количество произведённых машин не установлено. Даниил Михацкий со ссылкой на Юрия Пашолока приводил оценку примерно в пятьсот единиц. Коломиец на основании предполагаемого оснащения ополченских дивизий допускал выпуск не менее ста. Эти оценки не являются итоговой заводской ведомостью. При подсчёте необходимо различать заказанные, изготовленные, переданные и числившиеся в строю автомобили, а также обычные броневики и импровизированные машины.

Бронегрузовики состояли на вооружении 55-й армии Ленинградского фронта; некоторые стали финскими трофеями. По данным Коломийца, на 10 мая 1942 года на фронте оставалось 46 полубронемашин: четырнадцать ЗИС и тридцать две ГАЗ. Их служба продолжалась после первых летних боёв, хотя значительную часть потеряли уже в 1941 году. Документы и фотографии в книге «Броня на колёсах» позволяют проследить эту историю.

Броня для обороны города

Полуброневики были лишь одним из направлений использования возможностей ленинградской промышленности. Другим стало создание защищённых огневых точек. В конце июля 1941 года группа инженеров под руководством П. Г. Котова предложила использовать корабельную броню для оборонительного пояса города. Морские специалисты и заводские конструкторы проектировали сооружения, организовывали их изготовление, перевозку и установку. Важна сама общность подхода: уже имевшийся промышленный ресурс приспосабливали к новой задаче сухопутного фронта.

В Музее отечественной военной истории хранится пример такой работы — ижорская пулемётная башня, устанавливавшаяся над окопом. Она не является башней от описанного здесь бронегрузовика, и смешивать эти конструкции не следует. Музейная справка сообщает о разработке более сорока проектов бронесооружений, из которых на фронте использовались семнадцать типов. Это показывает масштаб заводской и инженерной работы вокруг Ленинграда. Подвижная машина и неподвижная огневая точка решали разные задачи, но обе требовали увязать защиту, вооружение и реальные возможности производства.

Вскоре сам Ижорский завод оказался рядом с передовой. По заводской исторической справке, с конца августа 1941 года линия фронта проходила в трёх-четырёх километрах от центра Колпино. Оборудование и часть специалистов эвакуировали на восток, тогда как оставшееся производство продолжало работать в условиях обстрелов. История заводской газеты «Ижоровец» сохраняет сведения и об уходе работников на фронт, и о переносе броневого производства. Для предприятия обеспечение войск и непосредственная защита города стали частями одной повседневной работы.

Ижорский полуброневик на архивной фотографии стоит рассматривать именно в этой обстановке. Его угловатые формы показывают пределы срочного решения, а сохранившиеся сведения о службе — практический спрос на него. Значение этих машин определяется тем, какую помощь они могли оказать конкретным частям в конкретный момент. В июле 1941 года возможность быстро получить ещё один пулемёт или орудие на подвижном защищённом основании сама по себе имела боевую ценность. За такой машиной стояли инженеры, рабочие и военные, которым приходилось решать задачу обороны в крайне сжатые сроки.

На основе материала Даниила Михацкого в Telegram-канале «История. Главное»; исторический контекст дополнен редакцией. Источник исходных фотографий: ЦГАКФФД Санкт-Петербурга.

Подготовил: Даниил Михацкий